Родителей вызывают в школу

Любому родителю (кому-то реже, кому-то чаще) приходится общаться с учителями. Это отношения, которых попросту невозможно избежать, если ваш ребёнок учится в школе. Специалист по современному этикету Татьяна Николаева формулирует простые, но очень важные правила, которые помогут учителю учить, ребенку учиться, а вам избежать головной боли.

Привет, учитель! Рассылка Для тех, кто работает в школе и очень любит свою профессию

Ребёнок, учитель и родители. Треугольник не менее классический, чем любовный, и не менее загадочный, чем бермудский. Кто с кем должен быть заодно? Или кто против кого? Именно так зачастую и рассматривают свои отношения с педагогом родители, забывая, что учитель и родители должны быть, как минимум, союзниками (а лучше, партнерами), и цель у них общая: обучить и воспитать ребенка. Поэтому ребёнок занимает вершину этого треугольника, родители и учителя — места у его основания. Оно должно быть максимально прочным и устойчивым, его не должно «перекашивать» ни в какую сторону. Поэтому правильно выстроенные отношения родителей с педагогом — это если и не половина успеха, то очень серьезный взнос в процесс образования ребенка.

Как это сделать? Все мы живые люди, подвержены перепадам настроения, наше мнение всегда субъективно и наш ребенок для нас всегда «самый-самый». И это нормально. Разве может быть по-другому? Родителей бросает из крайности в крайность, в зависимости от нашего эмоционального состояния, успехов или неудач ребенка. Да мало ли еще от чего.

Встречаются родители, буквально не дающие прохода учителям. Их лебезяще-заискивающий стиль общения не только слышен в голосе, но и виден за версту в мимике, жестах и позе. Они не могут и дня прожить без общения с учителем, они караулят его у школы и оповещают о каждом чохе своего дитяти. Основная задача таких родителей — донести до учителя мысль, что его ребенок особенный (особенно болезненный, особенно ранимый, особенно талантливый — нужное подчеркнуть), следовательно, и отношение к нему должно быть особенное.

Родители из другой крайности в общении с педагогом, как будто намекают на происхождение слова «педагог».

Педагог (др. греч. παιδαγωγός) — раб, приставленный к ребенку, чтобы водить его в школу, охранять и оберегать его

Сомнительно, конечно, что они это знают, но по их поведению можно сделать вывод, что они застряли в античности и по-прежнему считают педагогов своими рабами. Поэтому их общение с педагогом зачастую начинается с нецензурной увертюры и, минуя содержательную часть, представленную слабым, неуверенным соло учителя, с разбегу переходит в зубодробительный (иногда в прямом смысле) финал.

Все минусы этих крайних вариантов очевидны. Как избалованный особым отношением, так и обнаглевший от безнаказанности, ребёнок выйдет в жизнь неадекватным и неуравновешенным.

Есть несколько базовых правил, которые помогут заложить фундамент нормальных, ровных и, что важнее всего, деловых отношений с учителем.

1. Придерживаться элементарных правил вежливости

Здесь сложно что-либо добавить, но иногда полезно еще раз проговорить важные вещи.

2. Обращаться к учителю на «вы» и по имени-отчеству

Это правило незыблемо, даже если педагог кажется вам очень молодым или «своим в доску». Это поможет вам задать нужную, уважительную дистанцию и удержит от оскорблений даже в случае эмоционального срыва.

3. Держать в узде свои эмоции при разговоре с учителем

Они мешают услышать позицию преподавателя. Постарайтесь вникнуть в суть его претензий. Если не получается, если эмоции все же зашкаливают, извинитесь, и попросите учителя о встрече позже, когда «переварите» информацию, обдумаете в спокойной обстановке и будете готовы к конструктивному диалогу.

4. Не приходить к учителю по серьезному поводу без предупреждения и взаимной договоренности

У учителей, как правило, достаточно плотный график, и чтобы уделить время вам, учителю придется чем-то жертвовать. Согласитесь, не лучшая атмосфера для конструктивного диалога. Визиты в стиле «как снег на голову» радуют учителей, только если ваш ребенок — отчаянный головорез, и место ему в колонии для малолетних преступников, либо если за десять лет обучения ребенка вы явились в школу первый раз.

5. Не критиковать учителя в присутствии ребенка

Даже если педагог не прав, критиковать взрослых — прерогатива взрослых, но никак не детей. Это во-первых. А во-вторых, выслушайте сначала учителя, а потом уж делайте выводы. Любой ребенок — тоже человек, и ничто человеческое ему не чуждо. А человеку очень свойственно оправдывать свои поступки и очень убедительно объяснять свои промахи. Это нормально, это одно из проявлений инстинкта самосохранения. Поэтому узнайте точку зрения учителя на происшествие, а потом уже делайте выводы. Если ребенок все же был прав, объясните ему, что учитель ошибся, ведь право на ошибку есть у каждого.

6. Помните, зачем пришли. Всегда

Общаясь с учителем, возьмите за правило держать в уме цель вашего взаимодействия. Цель эта — обеспечить комфортные условия для получения знаний вашим ребенком, а вовсе не доказать учителю его глупость и никчемность на фоне вашего блестящего ума и универсальной компетентности.

Содержание

«Ваш ребенок никогда не заговорит, мама». История любви и принятия — вопреки всему

Платону 8 с половиной лет, но он не может сам завязать шнурки. Или, бывает, выйдет из бассейна — довольный, счастливый, а шампунь смыть забыл. Во дворе на детской площадке он радостно кричит: «Глебушка!» — и машет лучшему другу, будучи не в силах понять, почему тот проходит мимо, делая вид, будто не замечает Платона. «Алалия» — такое красивое греческое слово, кто бы мог подумать, что смысл его настолько страшен. «Ваш ребенок никогда не заговорит, мама», «Да он же у вас умственно отсталый», «Я не могу на это смотреть!»…

Моторная алалия — нарушение речевой зоны коры головного мозга, неспособность овладеть речью на уровне нормы. Это если говорить языком науки. А в жизни-то что? А в жизни есть Андрей, Елена и их сын Платон. Никакие они не герои — обычные люди, которым хватило сил и мудрости принять диагноз своего мальчика. Эта история — не о черствости окружающих и издевательствах над необычным ребенком (хотя и без этого, увы, не обойдется). Перед вами обращение мамы к коллегам-родителям: «Хватит ругать ребенка и требовать от него «правильного» поведения, а от государства — «волшебной таблетки»! Пора признать, что ваш сын или дочь — с особенностями, и научиться жить с этим».

«Алалия? Я такой болезни не знаю. Могу прописать витаминчики»

Елена и Андрей женаты уже почти 20 лет. Платон — их долгожданный и единственный ребенок. Когда он появился на свет, родители не чаяли беды. Красивый, подвижный мальчик, он улыбался, ловил взгляды мамы и папы, отзывался на свое имя — одним словом, вел себя как самый обычный младенец. Да, зубы выросли позже, да, позже начал произносить слоги — но «мальчики всегда растут медленнее девочек», успокаивали маму педиатры.

Тревогу Елена забила, когда поняла, что словарный запас у Платона очень скудный — всего 30 слов в 3 года — и никак не увеличивается. В поисках ответа на смутные подозрения и догадки, что с сыном что-то не так, мама попала в семейный центр Натальи Дунаевой. К тому моменту Платону было три года и девять месяцев.

«Я даю вам 90%, что у мальчика моторная алалия, — прямо сказала преподаватель центра. — Это тяжелое нарушение речи, которое имеет различные симптомы. Во-первых, самостоятельная речь не развивается. Во-вторых, нарушены равновесие и пространственный гнозис. Такие мальчики и девочки обычно неловкие, часто падают, бьются о преграды. И если с 3 до 5 лет ребенок не заговорил, то не ждите хороших прогнозов. Чуда не произойдет. Если раньше подобные случаи были достаточно редкими, то сегодня у нас 10—15% детей с тяжелыми нарушениями речи».

— Сейчас я вспоминаю об этом спокойно. Я свое уже отплакала. А вот тогда… Помню, как мы с мужем начитались описаний алалии и прогнозов в интернете. Сели, развели руками… В итоге поняли главное: мы вместе и будем действовать, лечить Платона, — говорит Елена.

Потом были месяцы поисков «волшебной таблетки» от алалии. Сначала — государственная поликлиника, где Платона отправили к логопеду. Но в реальности сделать это не так-то просто: поликлиника перегружена, врачей не хватает. А речь нужно восстанавливать прямо сейчас! И так много времени упущено. Выходом стала логопедическая группа в детском саду с ежедневными занятиями на развитие моторики. Одновременно Платон два года занимался по одной и той же программе в центре Дунаевой — и таки научился писать, считать. Даже по-английски.

— Все еще в поисках «чуда» я нашла очень крутого невролога — светило науки, доцент, мне его так рекомендовали! «Алалия? Я такой болезни не знаю. Могу прописать витаминчики», — вот и все, что мне было сказано, — не без горечи вспоминает Елена.

— Сегодня я могу сказать абсолютно уверенно: единственный способ лечения моторной алалии — это занятия с логопедом. И точка! Правда, где такого компетентного логопеда в Минске найти? Это непросто, но возможно. Вот уже четыре с половиной года три раза в неделю я вожу Платона на занятия к логопеду, не делая перерывов даже на летние каникулы. Еще два раза в неделю у нас бассейн, танцы, музыка и вокал — это я наслушалась профессора Татьяну Черниговскую и поняла, что музыка — верный способ развивать связь между двумя полушариями, которая нарушена у детей с алалией. Фактически живу в машине. Целый день вожу сына по городу, — вздыхает Елена.

«На линейке у сына 1 сентября я плакала»

Когда Платон оканчивал детский сад, нужно было решать, как быть дальше. Что лучше: обычная среднеобразовательная школа, где мальчик неизбежно столкнется с издевательством со стороны сверстников, потому что будет «медленным» по сравнению с ними, или специализированная речевая школа для детей с тяжелыми нарушениями, в которой есть занятия по коррекции устной и письменной речи? Выбор, казалось бы, очевиден. Но добавьте сюда еще и горькое, но неотступное желание «нормальности» для твоего сына, которое формально дает учеба в обычной школе, — в противовес признанию нарушения, инвалидности, окончательной и бесповоротной особенности твоего ребенка в спецшколе. Большинство родителей выбирают обычную школу, и мы не имеем права их судить.

Елена выбрала специализированную школу №18 — единственную в Минске для детей с тяжелыми нарушениями речи. Хотя обычно родители со страхом отказываются от этого варианта, попасть туда не так просто. Нужно иметь направление от комиссии. Все последующие комиссии, походы к детскому психоневрологу и в центр коррекционно-развивающего обучения и реабилитации Елена описывает кратко: «Побывали с Платоном в гестапо».

— Хотя речевой диагноз моему сыну уже был поставлен, в обязательном порядке требовалось пройти психоневролога. Врач даже не взяла молоток, не проверила рефлексы, но тут же авторитетно сказала: «У вашего сына умственная отсталость. Он в обязательном порядке должен пройти тест Векслера». Это устные вопросы, на которые ребенок должен ответить за короткое время. То есть вербальные вопросы — моторному алалику?! У этих «специалистов» вообще есть логика? Мало того что тест Векслера не обновлялся с 1936 года и в нем есть совершенно устаревшие вопросы вроде «Назовите состав скипидара», он совершенно не подходит для людей с речевыми нарушениями. Очевидно, что их интеллект нужно проверять другим способом, не устными вопросами. И вот этот врач пишет моему сыну в карточку диагноз «умственная отсталость», поскольку я отказываюсь проходить тест Векслера, абсолютно бессмысленный тест Векслера! Хотя по документам он якобы влияет на выбор программы обучения, в нашей стране у алаликов есть только одна-единственная программа — для детей с тяжелыми нарушениями речи. То есть тест просто не нужен. Они пользуются некомпетентностью родителей, ставят сумасшедшие диагнозы, а все это останется в медкарте — и что потом ждет моего сына? Он даже водительские права в будущем не сможет получить… Комиссия наказала меня за мою независимость и грамотность. Нам специально дали справку для обучения в речевой школе только на один год (хотя обычно дают сразу на четыре), чтобы я снова прошла это «гестапо», — убеждена Елена.

Так или иначе, дело было сделано: направление в нужную школу получено. Сначала на год, потом еще на три. Обычно воспоминание о 1 сентября в первом классе — это счастливые, умилительные родительские рассказы. Увы, не в этой истории.

— Когда мы с мужем пришли на линейку, это было такое зрелище… Дети теряются, разбегаются, кричат, воют, рычат… А их лица! Лица с отсутствующим интеллектом… Хорошо помню эту картинку. Четвероклассники поют, двое подпевают мимо микрофона… На это больно смотреть. Я плакала 1 сентября от того, что мой ребенок находится среди этих детей и я не знаю, какое у него будет будущее, смогу ли я ему помочь, — признается Елена.

Сейчас Платон уже второклассник. Мама его больше не плачет, приходя на линейку. И другие мамы тоже. Да, в классе нет положенных тьюторов для ребят с аутизмом (в группе 12 человек с различными поведенческими расстройствами), да, страх за будущее никуда не исчез, и вообще, жизнь не сахар. Но учительница — золотая. И друзья у сына в школе есть. По утрам Платон просыпается и говорит: «Мамулечка, я тебя люблю! Едем в школе на машину и рюкзак не забудем».

«Не спешите осуждать родителей»

— Я не то чтобы смирилась с тем, что мой ребенок никогда не будет грамотно писать и говорить. Я ни на что не претендую — вот верный ответ. Мне все равно, как он будет писать или какие оценки приносить из школы. Что будет с ним, когда нас с мужем не станет? Вот главный вопрос. Нам некуда деваться, кроме как идти во взрослый мир. И моя задача — как можно дольше побыть с сыном и помочь ему, — убеждена Елена. — В очередях к неврологу я видела такую ситуацию десятки раз: мальчик ведет себя «странно», громко мычит, подпрыгивает или взмахивает руками, и мама (или папа) сначала сурово одергивает: «Сядь, сядь!» — а потом от отчаяния и стыда зимой выталкивает его без куртки на улицу, на мороз: «Чтобы ты знал, что нужно тихо себя вести!» А мне хочется кричать этой маме: «Нельзя! Нельзя этого делать! Наши дети имеют право на такое поведение. Они по-другому не могут!» Тут нужно не ругать, орать и требовать, а признать, что твой ребенок с особенностями. Принять это.

Но наши родители в большинстве своем не готовы. «Вам нужно срочно к логопеду!» — говорит на приеме невролог маме мальчика с алалией. «Но мы уже были три раза — и все без толку. Вы мне выпишите, доктор, какую-нибудь таблетку, чтобы ребенок заговорил». Черт возьми, это так не работает! Нет волшебной таблетки от молчания. Выход один — заниматься с логопедом регулярно, годами! А родители считают, что государство должно обучить их детей говорить. При мне один папа делал замечание учительнице: «Как вы научили, так мой сын и читает». Нет, папа, дорогой ты мой, это не к учительнице вопрос, а только к тебе.

И еще хочется сказать читателям. Если в городе, на детской площадке, на улице, в магазине вы видите ребенка, который истерит, валяется на полу, дерется с мамой, не спешите осуждать и упрекать таких родителей в неправильном воспитании. Скорее всего, у малыша есть причины так себя вести: он просто не может по-другому выразить свои эмоции, у него нет речи, и он нуждается в понимании — так же, как и все мы.

Платон терпеливо слушает долгий разговор мамы с журналистами. Он не знает, что болен. Когда в предыдущей музыкальной студии преподаватель сказала: «Мы не работаем с «такими» детьми», — парень не понял, что его оскорбили. И почему пришлось сменить три бассейна, прежде чем нашелся тренер, готовый учить Платона плаванию, он тоже не спрашивает. Мальчик не знает, что даже родная бабушка до сих пор не смирилась с диагнозом: «Я не могу на это смотреть! С ним никто не хочет играть во дворе!»

«Как мои дела? — переспрашивает у меня Платон. — Супер!» И улыбается мне, подмигнув, словно денди-киноактер. Его ждет долгая дорога взросления, гораздо более длинная, чем большинство из нас. Пусть все получится.

«Мозг младенца готов к тому, чтобы написать себе алгоритмы любого языка»

Оксана Кислюк, учитель-дефектолог первой квалификационной категории:

— У моторной алалии есть и речевые, и неречевые симптомы. Ребенок с алалией ощущает свое тело иначе, чем мы с вами. Пальцы не слушаются, руки и ноги откликаются медленнее. Нарушено не только движение, но и скоординированность. Причина тому — плохая связь между двумя полушариями мозга.

Дети с алалией рождаются с нормальным интеллектом. Но интеллект без речи не развивается. Вот так причина и следствие меняются местами. В среднем дети с алалией отстают в развитии от своих сверстников примерно на два года. Это проявляется в детскости поведения, эмоциональной незрелости, неспособности к волевому усилию. Таким образом, одна и та же причина — органическое поражение коры головного мозга — вызывает и речевое нарушение, и задержку темпов психического развития ребенка.

Вообще, интересный вопрос: как же человек научается говорить? По словам нейролингвиста, профессора Татьяны Черниговской, ребенок схватывает язык в очень маленьком возрасте. Именно «схватывает», потому что никто его этому специально не учит. Младенец просто слышит язык — и овладевает им. Ребенок не знает, в какую речевую среду попадет. Но мозг здорового младенца заранее готов к тому, чтобы смочь написать себе алгоритмы любого языка, в среде которого он родится. Это может быть хинди, русский или вьетнамский — не имеет значения. У ребенка в головном мозге «запаяны» самые общие, универсальные принципы языка. Когда ребенок окунется в конкретный язык, эта база заработает.

На мой взгляд, развитие и запоминание языка у ребенка с алалией можно сравнить с принципом магнитофона: записывает все, что слышит вокруг, а потом воспроизводит, правда, с большим количеством ошибок. Чтобы добиться правильного результата ребенку с алалией, одно слово нужно проговорить не меньше тысячи раз — только тогда оно войдет в активный словарь.

За три года ребенок полностью усваивает язык. То есть «устройство» в мозгу homo sapiens имеет сроки годности — три года. Это время — пиковое для нервной сети, когда образуется огромное количество нейронных связей. Мозг пластичен, поэтому если ребенок не заговорил с 3 до 5 лет, то прогнозы благоприятными быть не могут. Это не значит, что он не заговорит. Заговорит. Но речь его будет несовершенна: он не сможет овладеть грамматикой и синтаксисом. «Мама, хочу пить сок» или «Мама, дай мне из ходиника мака» («Мама, дай мне из холодильника молока») может сказать, например, ребенок с общим недоразвитием речи второго уровня.

Увы, алалию невозможно вылечить. Но ее можно скомпенсировать до такой степени, что нарушение будет незаметно окружающим.

Количество детей с моторной алалией растет. Если в девяностых это мог быть один ребенок на район и студенты дефектологического факультета договаривались, чтобы прийти и посмотреть на редкий случай, то сегодня это один ребенок чуть ли не на каждый детский сад, а в логопедической группе — и по три-шесть детей.

Родителям нужно учитывать, что бывают дети от природы «говоруны» и «молчуны». Один уже в 2 года будет читать на память отрывки из «Мойдодыра» и говорить целыми фразами, а второй — нет. И это нормально.

В каких случаях стоит беспокоиться? Если к концу первого месяца ребенок не кричит перед кормлением. К концу четвертого — не улыбается, когда с ним говорят, и не гулит. К концу пятого — не прислушивается к музыке. К седьмому — не узнает голоса близких, не реагирует на интонации. К концу девятого — отсутствует лепет, ребенок не может повторять за взрослыми звукосочетания и слоги, подражая интонации говорящего. К концу десятого — малыш не машет головой в знак отрицания или ручкой в знак прощания. К первому году не может произнести ни слова и не выполняет простейшие просьбы: «дай», «покажи», «принеси». К году и четырем месяцам не может назвать маму «мамой», а папу «папой». К году и девяти месяцам не может произнести пять-шесть осмысленных слов. В три года не может пересказать короткие стихи и сказки, не может назвать свои имя и фамилию; говорит так, что его не понимают окружающие; говорит очень быстро, проглатывая окончания, или очень медленно, растягивая слова.

«Делать обобщение, что у нас вообще нет специалистов, в корне неверно»

Наталия Баль, заведующая кафедрой логопедии Института инклюзивного образования Белорусского государственного педагогического университета, кандидат педагогических наук, доцент:

— Утверждение о том, что в Беларуси нет или недостаточно специалистов, которые занимаются моторной алалией, не соответствует действительности. Алалия встречается у детей достаточно часто. У нас по республике больше тысячи специальных групп для детей дошкольного возраста с тяжелыми нарушениями речи, к которым относится и алалия. Туда принимают малышей от 3 лет и старше. Затем часть детей обучаются в специальных школах, часть выходят в общеобразовательные, кто-то продолжает учиться в интегрированных классах по специальной программе. То есть система помощи таким детям выстроена, она работает. Традиция оказания помощи насчитывает несколько десятков лет — начиная с 1970-х, когда появилась сеть дошкольных учреждений для детей с нарушениями речи.

Мама жалуется, что сыну-школьнику трудно найти логопеда? Но если ребенок учится в специальной школе для детей с тяжелыми нарушениями речи (в обиходе ее называют речевой), то там предусмотрены логопедические занятия, в том числе «Коррекция нарушений устной речи» и «Коррекция нарушений письменной речи». Другое дело, если у ребенка не было систематической помощи в дошкольном возрасте. Тогда в школьные годы проявления алалии могут быть более тяжелыми. Поэтому самое главное — «подхватить» этих детей в 3 года. Родители часто считают: «Ребенок не говорит или говорит отдельными словами — ну ничего страшного, подрастет, все обойдется». Так мы теряем самое важное время! И если у школьника тяжелые проявления алалии, то, возможно, ему действительно не хватает занятий, предусмотренных учебным планом в спецшколе. Но делать обобщение, что у нас вообще нет специалистов, в корне неверно.

Алалия — одно из речевых нарушений, к работе с которым у нас в институте готовится любой студент, обучающийся по специальности «Логопедия». В учебной программе много часов на изучение именно этого нарушения. Студенты у нас проходят педпрактику: пять недель в специальной группе детского сада, в школе — четыре недели, в поликлинике — тоже. У любого нашего студента спросите — он алалию знает.

Платон с папой

В учреждениях образования и здравоохранения работают специалисты, должность которых по нормативным документам называется «учитель-дефектолог». Это, по сути, обобщенное название должности. Согласно квалификационному справочнику Минтруда, учитель-дефектолог — это и учитель-логопед, и сурдопедагог, и тифлопедагог, и олигофренопедагог, то есть специалист, профессионально подготовленный прежде всего к работе с определенной категорией детей: с нарушениями речи, слуха, зрения или интеллекта. По нормативным документам (начиная с Кодекса об образовании), с детьми с нарушениями речи работает учитель-дефектолог (учитель-логопед). Специалист данного профиля изучает учебную дисциплину «Логопедия», в том числе раздел «Алалия», и к этой работе готов. Но в ряде случаев, к сожалению, из-за нехватки кадров на местах на должность учителя-дефектолога может быть принят дефектолог другой специализации: тифлопедагог, сурдопедагог, олигофренопедагог, которому в университете читались «Основы логопедии». Но вы же понимаете, «Основы логопедии» и «Логопедия» — это немного разные вещи. И может быть, в каком-то конкретном случае ребенку с алалией в детском саду не повезло: с ним занимался дефектолог не того профиля. Но я бы не стала говорить, что это системная ситуация. Кроме того, если ребенок в 3 года не говорит и родители видят проблему, то почему не обращаются в поликлинику, где работают учителя-логопеды?

Разговор с учителем часто вызывает массу эмоций, которые усугубляют школьные проблемы. Выбрав эффективный подход к общению, родитель сможет избежать конфликтов и облегчит жизнь и себе, и ребенку, и педагогам.

Разговаривайте с учителем уважительно и на равных

Переступив порог школы, многие родители вновь ощущают себя в роли учеников, испытывают страх перед «взрослыми» учителями и директором. Боятся осуждения, стремятся доказать, что они хорошие. Позволяют себя отчитывать, говорят неуверенно. Со всем соглашаются, лишь бы в школе «на детях не отыгрались». Или впадают в подростковый негативизм и бессмысленное бунтарство.

Другая родительская крайность — относиться к учителям как к обслуживающему персоналу, ощущать себя клиентом, который «всегда прав».

Для конструктивного решения проблем важно постоянно удерживать позицию взрослого, сохранять деловой, уважительный тон. Не чувствовать себя обязанным доказывать, что вы хорошая мать или достойный отец.

Выберите подходящее время

Если есть потребность в разговоре с педагогом, назначьте встречу заранее. Не поднимайте частный вопрос на родительском собрании, не врывайтесь внезапно на перемене или перед началом урока, не звоните по телефону в урочные часы или поздно вечером. Удобное время и способ связи лучше обговорить при знакомстве с педагогом. Демонстрируя уважение к личному времени учителя, вы закладываете первый кирпичик взаимопонимания.

Кстати, если педагог позвонил вам сам, предложите перезвонить — школа обычно не компенсирует работникам услуги мобильной связи, а регулярное общение с родителями целого класса вылетает в копеечку.

Не накручивайте себя разговорами с другими родителями

Сегодня, когда многие активно общаются в соцсетях и мессенджерах, стало популярно делиться проблемами и негативом по поводу учителя с родителями одноклассников своего чада. Нередко в таких группах и беседах на основе пары никем не проверенных фактов рождается буквально демонический образ учительницы, не имеющий никакого отношения к реальности. Не занимайтесь коллективным фантазированием. Сначала обсудите свою проблему с педагогом лично, а потом стройте свое независимое мнение.

Подчеркните, что понимаете ситуацию

Есть вероятность, что вы будете абсолютно не согласны с позицией учителя. Но это не повод бросаться в спор с порога. Для начала повторите вкратце услышанную мысль: «Я вижу, вас очень беспокоит, что…», «Да, ситуация в классе сейчас сложная, потому что…», «Как я поняла, на ваш взгляд, мой ребенок…». Только когда вы продемонстрировали, что услышали позицию педагога, начните излагать свое видение проблемы.

Чтобы ваше мнение лучше слышали, между делом сочувствуйте учителю: «Даже не представляю, как вам тяжело: мы с одним подростком переживаем, а у вас их 25!», «Конечно, в наше время школе непросто…» и т.д. Тогда вам будет куда проще не соглашаться с учителем по существу, но при этом не превратить разговор в ссору.

Начните с фразы «Я хочу с вами посоветоваться!»

Особенно это полезно, когда на самом деле у вас есть претензии. К примеру, ребенок жалуется на несправедливое отношение или грубый тон. Мама идет в школу и говорит: «Я хочу с вами посоветоваться. Маша приходит домой очень расстроенной, когда получает «тройки». Ей не всегда понятно, почему ее работу оценили низко. Что мне делать в этих ситуациях?»

Тут есть шансы, что: а) учитель поймет, что ребенок и родитель заинтересованы в учебе; б) даст полезную информацию — ведь не исключено, что оценки на деле заслуженные и школьнику нужна помощь; в) про себя проанализирует, всегда ли он прав.

А вот если мама с порога заявляет: «Почему вы все время занижаете оценки?», то учитель будет защищаться. Поэтому мы никого не обвиняем в некомпетентности, а приглашаем помочь общему делу — поддержать страдающего ученика. Нормальный человек откликнется.

Ищите общие цели

Несмотря на внешне разные подходы в той или иной проблеме, как минимум, одна общая цель у родителей и школы должна быть — дать детям образование (знания и возможности для развития). В пылу дискуссии чаще напоминайте себе и педагогу, что вы стремитесь к одному и тому же — защитить интересы ребенка. Так будет проще заметить, что условная Марь-Иванна привязывается к вам с каким-то дурацким отступом в тетради в четыре клеточки, не потому, что злыдня, а потому что беспокоится о том, научится ли ребенок слышать требования к оформлению работ (что ему пригодится и на ЕГЭ, и на дипломе в вузе). И тогда останется договориться только о том, в какой форме эти требования выдвигаются — а это уже куда проще, чем до хрипоты спорить о принципиальной необходимости четырех клеточек.

Конечно, если цели педагогов конкретной школы совсем не совпадают с вашими, а методы воспитания неприемлемы, то придется решать вопрос радикально — переходить в другое учебное заведение. Но прежде чем рубить с плеча, вглядитесь: очень вероятно, что перед вами адекватный учитель, просто несколько зашоренный странными для обычного человека требованиями системы образования.

Не прыгайте через голову

Уважайте субординацию. Прежде всего, попытайтесь решить проблему через классного руководителя, затем с учителем по предмету. Если не удалось, обращайтесь к администрации, и только в крайнем случае — в управление образования.

Если директор школы не спешит вам помочь, несмотря на то, что вы проявили уважение, понимание проблем и попросили совета, пускайте в ход военную хитрость. Для начала удостоверьтесь: «Правильно ли я понимаю, что, несмотря на ваше желание, вы вынуждены отказать в зачислении моего ребенка в этот класс/ изучении такого-то предмета/переводе на дистанционное обучение и т.д.»

Описывайте вещи предельно прямо, тогда директор может сразу пойти на попятные: «Нет, я не совсем это имела в виду…». Если же не помогает, можно попросить письменный отказ в просьбе или достать следующий козырь: «Да, я вас очень понимаю. Вы все делаете для детей, но ситуация непреодолимая. Давайте я поспособствую вам и обращусь в отдел образования. Пусть они помогут школе решить эту проблему».

Одним словом, вы не враг и не стукач, а человек, радеющий за общее дело. Таким обычно идут навстречу.

Оставайтесь защитником своего сына или дочери

Когда классный руководитель рассказывает, что ребенок устроил отвратительную драку, прогуливает уроки или не делает домашних заданий, родители испытывают стыд и злость. «Вот я ему задам!» — готово сорваться с губ. В этот момент важно не забывать о своей задаче: всегда защищать, любить и оберегать ребенка. Найдите в себе силы поблагодарить учителя за уделенное время и пообещайте разобраться в ситуации. Но не превращайтесь в палача, который, вернувшись домой, начнет махать шашкой, даже не выслушав вторую сторону. В особенности недопустимо, когда на беседе присутствуют учитель, родитель и ученик, и двое взрослых как коршуны налетают на одного ребенка.

Что бы ни происходило, повторяйте про себя как мантру: «Я все равно люблю своего ребенка», «Я здесь ради него», «Всё пройдет, пройдет и это».

Школьные годы пролетят, а отношения мамы и папы с ребенком останутся на всю жизнь. И семейное тепло куда важнее, чем одобрение педагогов и баллы на экзаменах.

Всем известно, что учитель в первую очередь должен учить, вот только забывают педагоги о своем главном предназначении, и довольно часто родители жалуются, что в школе очень много педагогов коррупционеров, очень много педагогов, которые в свою очередь много себе позволяют пот отношению к ученикам. Давайте разберем самые главные моменты, а именно самые главные правила, что должен делать педагог, а чего он себе позволить не может по отношению к учащимся и их родителям. Как часто в школах педагог может сорваться на учеников, может крикнуть, обозвать, и даже ударить ученика?

На сегодняшний день – то в порядке вещей, как впрочем и для учащихся. Ученики тоже себе многое позволяют и тут возникает вопрос, а может ли себе позволить это же учитель? Тут выступают в качестве ответа правила, которые должен соблюдать педагог:
1. Никогда не повышать голос на ученика, даже если тот капризный, даже если сам ученик провоцирует конфликт
2. Никогда не конфликтовать с учащимся
3. Учитель не имеет право обзывать и бить учащегося
4. Учитель не имеет право намеренно занижать оценки
5. Педагог не имеет право разговаривать по телефону во время урока или вести беседы со своими знакомыми во время урока
6. Учитель не имеет право требовать, вымогать деньги, что-либо из подарков и прочее
7. Учитель не имеет право курить и выпивать на уроке, в присутствии детей (даже за школой, только в компании коллег и не на глазах учащихся)
8. Педагог всегда должен помогать учащимся даже в вопросах, не связанных с педагогической деятельностью (дать дельный совет, выслушать – это не только к психологу, но и к учителю. Порой ученикам не хватает какого-то толчка от своего любимого наставника и учителя, чтобы начать что-либо делать и двигаться вперед)
9. Учитель должен следить за опрятностью и должен соблюдать правила гигиены
10. Педагог с венерическими заболеваниями, гепатитом, а также заболеваниями передающимися воздушно-капельным путем не должен работать в школе и контактировать с детьми
11. Педагог должен соблюдать определенный дресс-код, никаких вызывающих и откровенных нарядов.

По сути учитель должен быть чистоплотен, должен одеваться спокойно, ненавязчиво, должен быть спокоен в своем деле. Педагог должен уметь разруливать конфликтные ситуации, как с учеником, так и с родителями ученика, также должен уметь преподать правильный урок. Никогда учитель в трезвом уме кричать на детей, обзывать и унижать не будет, особенно если дети совершенно не виновны, так же учитель не имеет право обобщать и наказывать целый класс, в качестве расплаты за поведение одного учащегося.
Как известно, в школе дети стали очень агрессивными, и помимо того, что педагог наказал учеников всего класса, куда попал под раздачу и виновник, виновнику еще больше достанется от своих же одноклассников. В таком случае стоит отметить, что учителю не нужно провоцировать агрессию, ее всегда нужно стараться подавить. Правила созданные для учителей мало кем в 100% исполняются, в основном только 30%, оставшиеся 70% стараются быть учителями с большой буквы, но мало кому все таки удается стать настоящим педагогом, который смог растопить детские сердца и остался на долгое время в памяти учащихся.

Главные темы

  • Инструктажи (антитеррор, ЧС и т.д.)
  • Национальный проект «Образование» (только вводное обсуждение; проект влечет за собой так много обновлений, что для полного рассмотрения нужно отдельное собрание).
  • Методическая тема ОУ на новый учебный год.
  • Корректировка локальных актов (внесение изменений, утверждение новых).
  • План внутреннего контроля.
  • Анализ работы школы за прошедший учебный год (краткий или глубокий содержательный).
  • Другие вопросы, связанные со спецификой работы вашей организации.

Обсуждение образовательных программ

На педсовете необходимо разобрать с коллегами, какие изменения будут внесены в ООП НОО, ООП ООО и ООП СОО, в учебный план, в календарный учебный график, в план внеурочной деятельности, в программы воспитания, социализации и духовно-нравственного развития. Изменения по разделу каждой программы фиксируются в протоколе педсовета. Все запланированные действия необходимо будет воплотить в жизнь.

Обратите внимание на адаптированные программы. Они бывают просто адаптированные и адаптированные основные. Если у вас есть ученик, который инклюзивно обучается в классе с детьми возрастной нормы, то под него прописывается второй вариант.

Не забудьте утвердить список учебников для аккредитационных программ в соответствии с Федеральным перечнем. Учителя, которые выбирают учебные пособия, должны знать о содержании нового приказа. Что касается дошкольного и дополнительного образования, то здесь списка на подобии Федерального перечня нет.

В статье 15 закона № 273-ФЗ прописаны правила сетевой реализации программ (когда школа пользуется услугами сторонних организаций и вывозит детей за пределы своей территории). Если это ваш случай, то нужно действовать в рамках договора и лицензировать дополнительный адрес. Некоторые школы организую сетевое обучение в формате экскурсий. Следует также учитывать «Методические рекомендации по организации образовательной деятельности с использованием сетевых форм реализации образовательных программ» Министерства образования и науки РФ 2015 года.

В законе «Об образовании» говорится о самообследовании и внутренней системе оценки качества образования. Что это значит? Помимо внутреннего контроля, школьники участвуют во внешних аттестациях, мониторингах, и необходимо проверять, соотносятся ли оценки учителя в классном журнале с показателями от независимых исследователей.

Большой потенциал. Как добиваться успеха вместе с теми, кто рядом Купить

Как оформлять итоги педсовета

  • По итогам педсовета оформляется протокол, издаются приказы. В одном из документов должно быть детально описано, что именно обсуждалось. Давать подробное описание можно или в протоколе, или в приказе.
  • Сегодня нет необходимости вести протокол от руки и каждый раз его сшивать. Речь идет о внутреннем документе, и вы можете вести его так, как вам удобнее. Например, распечатывать и сшивать протоколы за весь учебный год.
  • В процессе педсовета принимаются и корректируются локальные нормативные акты. Список обязательных документов представлен в статье 30 закона № 273-ФЗ. Согласно статье 28 этого же закона, школа имеет право самостоятельно разрабатывать и принимать ЛА — главное, чтобы они не нарушали требования и не противоречили уставу. Локальные акты утверждаются в соответствии со вступившему недавно в силу ГОСТу Р 7.0.97-2016, а какой орган их утверждает — это уже зависит от устава школы.
  • Согласно приказу Минобрнауки РФ № 1015, учебный год начинается 1 сентября. Это значит, что до 31 августа должны быть утверждены все документы, запускающие образовательную деятельность.

Требования к дополнительному образованию детей и взрослых

Если ваша лицензия предусматривает дополнительное образование детей и взрослых и вы оказываете эти услуги, то на педсовете нужно обсудить и утвердить соответствующие образовательные программы. Как указано в статье 12 закона № 273-ФЗ, программы дополнительного образования бывают общеразвивающие и предпрофессиональные. Требования к ним прописаны в новом приказе Министерства просвещения № 196.

Нужно учесть, что доп. обр. имеет два возможных источника финансирования: плата за услуги по договору или муниципальное задание. На официальном сайте учреждения нужно расписать планы финансовой и хозяйственной деятельности, чтобы при проверках не возникал вопрос «За счет каких средств реализуются эти программы?».

Напоминаем вам также, что в 2018 году вступил в силу новый профстандарт «Педагог дополнительного образования детей и взрослых», который тоже стоит обсудить на педсовете, если вы работаете в данном направлении.

Преподавание — это, несомненно, творческий процесс. Но прежде чем, к нему приступать, важно обозначить правовое поле деятельности.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *